Завещание Малого Льва

Перед угрозой войны с лаклотами, Леций Индендра становится Главой Галактической Коалиции. Он, как всегда, неразборчив в средствах и заключает союз с весьма странными, подозрительными существами. Ему по силам всё – только не вернуть свою сбежавшую молодую жену.

 

Часть I . Пирамида

Аппиры встречали Новый Год весной, но по земной традиции отмечали и зимний праздник – с декабря на январь, и праздновали шумно, с карнавалом и застольем, как на Земле.

Скирни не любила пышных праздников, ей уютнее было в своем тихом кабинете с маленькой ёлочкой на сейфе и мишурой на занавесках. Она подумала, как хорошо было бы встретить новый год прямо здесь, с Льюисом вдвоем. Здесь было уютнее, чем дома, привычнее как-то, спокойнее и проще.

Было еще довольно рано и светло. Она ждала тетю Ингерду, поэтому заварила чай на двоих и отключила внутреннюю связь, чтобы никто не помешал. За окном тихонько летел снежок, легкий и пушистый, и от этого всё казалось милым и волшебным.

На Оринее вообще снега не было, одни зеленые пески, и Скирни просто влюбилась в белую зиму Пьеллы. Странно, но почему-то никто это время года не любил, все предпочитали весну и лето, и только Леций признавался, что выбрал эти широты именно из-за зимы.

Его своенравная королева отчаянно занималась омоложением. Средств было придумано много, самых разных, да и выглядела она хорошо для своих лет, но ей по старой привычке хотелось выглядеть вообще ослепительно. Скирни иногда удивлялась ей, иногда восхищалась, а иногда просто жалела ее. Секрет вечной молодости знала только Термира, да и тот – для золотых львиц. Землянкам же были отмерены свои сроки, как ты с ними ни борись.

Ингерда была точна. Ровно в десять застучали каблучки по коридору, и в дверь вошла очень красивая, ухоженная, без определенного возраста дама в темных очках. Очки были надеты не случайно, отекшие глаза без косметики выглядели плохо.

- Вот, видишь… - сказала она вместо приветствия и нервно улыбнулась.

- Вижу, тетя Герда.

- Это какой-то кошмар. Я два часа лежала с примочками.

- Я вас предупреждала, вам больше нельзя делать инъекций.

- А что мне делать, по-твоему? Стареть?

- Видимо, да.

- При таком муже?

Ингерда сняла меховую накидку. Ее длинноногая и спортивная фигура вполне соответствовала модным тенденциям, хоть и стоила ей невероятных усилий. Скирни нигде больше не видела, чтобы женщина с таким усердием боролась за свою красоту. Правда, никто и не был в таком сложном положении, как она.

- Насколько я знаю, - осторожно сказала Скирни, - Флоренсия Нейл не обращала на это внимания.

- Флоренсия Нейл не была королевой! – раздраженно ответила Ингерда и добавила уже со вздохом, - сегодня золотые львицы будут на приеме. Ты видела их? Мравия, Оникс, Эснуэлла… Одна краше другой. И всем, как водится, нужен мой муж! Они, чертовки, не стареют в своем безвременье. А я что? Должна померкнуть на их фоне? Ты не представляешь, какой это кошмар – выглядеть старой каргой рядом с таким мужчиной.

Она села за стол и уныло уставилась на чашку чая.

- Знаете, - сказала Скирни с сочувствием, - мне кажется, что ваш муж ценит не только красоту. Он не настолько примитивен…

Ингерда усмехнулась.

- Откуда ты знаешь, что он ценит… Все мужчины примитивны, уж поверь моему опыту. Даже самые умные.

- Да?

- А ты не знала? Ты вообще меня удивляешь, Скирни.

Скирни так и замерла у дверцы шкафа с чайником в руке. Она вдруг подумала, что тетя всё знает от Льюиса. Вдруг он ей сказал? От этого у нее даже кончики ушей стали краснеть.

- Чем… я вас удивляю?

- У тебя та же самая проблема, - безжалостно посмотрела на нее Ингерда, - только проявится она чуть позже.

- У меня?

- А то нет? Твой муж – самый красивый мужчина во вселенной. И моложе тебя. А ты на что похожа? Тебе как будто дела нет до того, как ты выглядишь, дорогая.

Скирни даже не знала, что сказать, она стояла с горячим чайником и удивленно смотрела на свою царственную родственницу.

- Ты не обижайся только, - смягчила голос Ингерда, - кто тебе еще скажет правду, как не тетка? Надо соответствовать своему мужу, деточка. Это закон природы. Я не говорю про омоложение, тебе еще рано об этом думать, но какие-то элементарные вещи делать же необходимо! Маски надо делать, массаж. Макияж подобрать… и похудеть, конечно. Ты посмотри на себя. Ты хоть видишь, что с твоей фигурой? Что это за бедра такие? И грудь, извини, из берегов выходит. Сейчас совсем другие фигуры в моде.

Скирни не обижалась и даже не расстраивалась. Он радовалась, что речь всего-навсего о фигуре, до которой ей, и правда, дела не было. К тому же она понимала, что Ингерде так легче – переносить свою проблему на другого.

- Нам это пока не мешает, - сказала она спокойно.

- Пока, - королева отвернулась и снова вздохнула, - вспомнишь ты мои слова, девочка, да будет поздно… знаешь же, что я кофе пью, а заварила чай.

- Вам чай полезнее, тетя.

- Отеки мне снимешь? К вечеру мне надо быть в лучшей форме.

- Не сомневаюсь даже, что будете.

- Как я устала от этого, не могу передать… Девяносто пять все-таки.

- Некоторые в девяносто пять еще рожают.

- Ты же знаешь, ко мне это уже не относится. Мои внутренние часики тикают…

- Я к тому, что это еще не старость. Вы не старая, тетя Герда, и тем более не карга. Ложитесь на кушетку, сейчас всё поправим.

Скирни плеснула заварки на блюдце, промокнула в ней ватные тампоны и положила королеве на отекшие веки.

- Полежите минут десять.

- И это всё? – удивилась Ингерда, - да я два часа так лежала!

- Но не у меня же.

- У тебя чай какой-то особенный?

Скирни давно заметила, что дело не в лекарствах. Дело было в ее желании. Как ни странно, ее желания имели свойство сбываться. Правда, касалось это только пациентов. А сам сапожник, как известно, оставался без сапог.

- Да, - сказала она, - это специальный чай. Вечером вы будете прекрасно выглядеть.

- О себе только не забудь, - напомнила Ингерда, - тебе тоже надо выглядеть.

- Не забуду, - улыбнулась Скирни.

Минут пять было тихо. Королева лежала молча, погруженная в свои мысли и очень усталая. Медленно падал снежок за окном, маня куда-то в лес, к лыжне и мохнатым ёлкам. И ничего еще не случилось, ничего необратимого. Скирни потом вспоминала этот день и всё время мучила себя вопросом: могла ли она тогда хоть что-то изменить?

- А как там эта… Сия-Одиль? – спросила вдруг Ингерда презрительно, - не сбежала еще?

- Она перехаживает, - ответила Скирни, - плод большой. Самой ей точно не разродиться. Никуда она не денется до родов.

- А после родов?

- Ребенок проблемный, мутант. За ним уход нужен.

- Да бросит она этого уродца, и только вы ее и видели.

- Не знаю… не думаю. По-моему, она очень изменилась.

- Что в ней может измениться, Скирни? Один монстр рожает другого. И еще неизвестно, что за отец у этого монстренка. Уж точно не ангел.

- Но ребенок же ни в чем не виноват.

- Пока.

У Скирни сжалось сердце. Она так тщательно следила за развитием этого крохотного уродца с большой головой и короткими ручками и ножками, что ей казалось, что она сама его вынашивает. Она и представить не могла, что он будет чудовищем, как его злосчастная мать.

- Не будем о плохом, тетя. Всё-таки сегодня Новый Год.

- Ладно, не будем. Какой в этом смысл?

Скоро посвежевшая королева с удовлетворением смотрела на себя в зеркало.

- Вот так-то лучше… А ты долго не засиживайся, Скирни. Лучше прическу сделай. И платье надень самое нарядное, чтобы бедра твои хорошо драпировало. Очень тебе советую.

- Я постараюсь, - уклончиво сказала Скирни.

 

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   22   23   24   25   26   27  

Комментарии